О чем поведают наши рисунки
Наверняка первыми проявлениями творчества человека были именно рисунки, а не письмена. Сегодня, разговаривая по телефону, находясь на совещании, обсуждая с другом новое увлечение, мы нередко рисуем. Эти рисунки могут быть абстрактными, состоять из отдельных линий и геометрических фигур. Что же мы рисуем и что означает такая современная «наскальная живопись»?
От автора
Изучая достаточно обширную научную и популярную литературу, я обратил внимание на то, что зачастую, анализируя рисунки, некоторые ученые не рассматривают часть интересных с точки зрения диагностики факторов. Во-первых, например, далеко не все изучают вопрос о том, когда и в каких условиях сделан рисунок, что при этом происходило. Одно дело, когда изображение «рождалось» в непринужденной обстановке и совсем другое, если при этом приходилось выслушивать, к примеру, наставления со стороны начальника. Такое ситуативное настроение обязательно найдет отображение в тематике рисунка, силе нажима на поверхность листа, остроугольности некоторых линий и многом другом. Во-вторых, надо учитывать, была ли предопределена заранее тематика рисунка: изображалось ли что-то конкретное или просто то, что диктовало подсознание.
Постигая психологию, я обязал себя не использовать для работы вульгарно-популярные публикации. Последние, возможно, и развлекают читателя, но вместе с тем дают явно ошибочную интерпретацию психологических особенностей личности. Это разочаровывает одних и тешит болезненное честолюбие других. Поэтому в данной статье я постарался подать то, что и научно подтверждено, и может быть интересно заинтересованным в изучении других людей.
Особенности «несознательных рисунков»
Несознательный рисунок следует рассматривать как психофизиологический акт, определенный условно-рефлекторной системой движений, а не как изображение конкретного смыслового объекта.
Формирование навыка достаточно быстрых, четких и одновременно гармоничных движений рисунка (как и письма), связано с формированием в головном мозге определенного образа. Пока этот моторный образ движения и сам рисунок не будут продуманы и составлены, проведение движения будет невозможным. По этому поводу известный психофизиолог Николай Бернштейн отмечал, что при тренировке любого движения, в первую очередь тренируются не руки, а мозг. Те, кто интересуется психофизиологией знают, что формирование воображаемого образа движения влечет за собой изменения в соматической, вегетативной и психологической системах организма.
Каждое движение тесно связано с соответствующими процессами в психике через уровни построения движений центральной нервной системы (названы так Н. Бернштейном — прим. автора). Эти уровни обеспечивают отдельные движения в процессе рисования. Индивидуальность таких движений определяет специфику изображения рисунка, что, в свою очередь, зависит от такой же индивидуальности отдельных черт характера личности.
Не углубляясь в научные подробности теории уровней построения нервной системы, отметим следующее. Участки головного мозга и другие органы организма, отнесенные к этим уровням, обеспечивают общий тонический фон пишущей конечности. Они поддерживают необходимое рабочее положение тела, мелкую моторику мышц предплечья, способствуют постепенному переходу напряжения от одних, задействованных для рисования мышц, в другие. Кроме этих, с первого взгляда сугубо механических моментов, помогающих рисовать, происходит анализ и смысловая оценка того, что будет нарисовано, ведь изображение является не только графической конфигурацией, а носит некий символический или конкретный смысл. Поскольку это обусловлено психофизиологическими особенностями организма, то и рисунки, являясь проекцией наших внутренних переживаний, показывают сугубо личностные интересы, проблемы и многое другое. Таким образом, наши рисунки нужно рассматривать с учетом индивидуальных психофизиологических особенностей. По мнению ученых Людмилы Лебедевой, Юлии Никоноровой и Натальи Таракановой, психологический принцип проекции обнаруживается в основе всех видов художественного творчества. Человек, который творит, отображает или проецирует таким способом свои неосознанные или скрываемые комплексы, переживания и мотивы. Основным механизмом изобразительной деятельности является проекция. То есть то, что мы рисуем сознательно или автоматически, выполняя попутно другую работу, является отражением наших индивидуально-психологических свойств и мировосприятия.
Принципы толкования рисунков
При проведении интерпретации (толкования) рисунков, оценивается предыдущий эмоциональный опыт автора, его индивидуальность, возможные невротические реакции. Например, если в простой беседе многие люди ведут себя достаточно скованно, то в рисунке могут проявиться значительно шире. Остановимся на рассмотрении рисунков или каракулей, сделанных непроизвольно во время бесед с другими людьми по телефону, на совещаниях в процессе раздумий и т. д. Такие рисунки, в первую очередь, отображают фоновое эмоциональное состояние их автора во время рисования, а следовательно, и отношение к тому, что происходило с ним в ту самую минуту или незадолго до этого.
Этапы интерпретации
Изображения необходимо интерпретировать по определенной схеме: от оценки общего внешнего вида рисунка, до изучения деталей и особенностей проведения линий. Рассмотрим эту схему подробнее.
Оценка рисунка в целом. Сначала оценивается весь рисунок на предмет его целостности, гармоничности, эстетической завершенности, необычности или обыденности. Такие компоненты определяют степень одаренности человека, развитие умственных способностей, наличие вкуса, уровень внутренней культуры.
Эстетическая завершенность является свидетельством уровня волевого развития, запаса нервно-психической энергии, трудоспособности человека и состояния его нервной системы в целом. Четкое соблюдение принятых канонов рисования не демонстрирует личностных особенностей или свидетельствует об «усредненных» способностях ко всему. А в некоторых случаях это говорит об излишне выраженной педантичности, нежелании, а иногда и боязни перемен, проявления инициативы.
Нестандартность рисунка показывает уровень самобытности личности. Чем больше заметна необычность рисунка, тем оригинальнее личность в разных сферах жизнедеятельности. Но все хорошо до известных пределов. Чересчур необычные рисунки, «зашифрованные» абстракции могут свидетельствовать об акцентуации (слишком выраженных психических качествах одного направления), состоянии психики, близком к патологии. Достаточно вспомнить яркие, непонятные простому восприятию картины Ван Гога, страдавшего психопатологией, Сальвадора Дали и некоторых других известных художников, которыми по сей день восхищается общество.
Расположение рисунка. Вариант размещения изображения на листе бумаги психологически связан с самооценкой и самореализацией, субъективным восприятием интеграции в окружающий мир.
При размещении рисунка в центральной части листа можно судить о желании и определенном умении найти равновесие между своими эгоистическими потребностями и желаниями других, умении находить компромиссы, отстаивать свои интересы. Кроме того, такое расположение рисунка является свидетельством субъективного ощущения безопасности. Если рисунок, расположенный в центре, занимает практически весь лист бумаги, то это свидетельствует о выраженном эгоцентризме, возможно, агрессивности и завышенной самооценке. Так же можно говорить и о человеке, размещающем свой рисунок в верхней части листа. Такое размещение изображения свидетельствует о желании доминировать, соответствовать высокому социальному стандарту. По мнению вышеуказанных ученых, так расположенные рисунки, связанные по тематике с изображением людей, нередко свидетельствуют о склонности к уходу от реальности, наличии защитных механизмов по типу фантазирования.
С левой стороны размещают рисунки те, кто все хорошее в жизни связывает с прошлым. У таких людей доминирует эмоциональная сфера. В большинстве это мечтательные интроверты, склонные к бездеятельности.
Рисунки в правой части листа по большей части принадлежат тем, у кого преобладает выражение интеллектуальной сферы, устремления направлены в будущее. Такие люди деятельны, активны. В случае если рисунок расположен в верхнем правом углу листа, можно говорить о склонности автора к неподчинению, непредсказуемости, излишней конфликтности. Некоторые ученые (Людмила Лебедева, Юлия Никонорова, Наталья Тараканова) говорят о том, что такие люди в экстремальных ситуациях могут агрессию направлять на себя. На мой взгляд, у них могут быть травмы при деятельности в экстремальных условиях, например, при прыжках с парашютом, выполнении работ, связанных с городским альпинизмом.
Размещенное в нижней части листа изображение выдает человека со сниженной самооценкой, который постоянно неудовлетворен собой и своей жизнью, чувствует себя зависимым, угнетенным и подавленным. У таких личностей нередко бывают депрессивные настроения, ощущения небезопасности, иногда повышенный уровень тревожности.
Эмоциональный фон рисунка. Независимо от ваших собственных переживаний следует дать ему объективную оценку. Например, улыбающийся добрый зверь или спокойное море будут свидетельствовать об аналогичном состоянии рисующего, а ветер, наклоняющий деревья к земле, зубастая акулья пасть, плачущее солнце никак не будут являться признаком умиротворенного отношения к тому процессу или событию, во время которого рисунок создавался.
Рисунки, выражающие наши эмоции — отражение нашего внутреннего состояния или ситуативного отношения к тому, во время чего они создавались. О веселом чертике можно говорить как о проекции хорошего эмоционального фона, задорном настроении, желании «вытворить что-то эдакое». Плачущее солнце будет признаком внутреннего скрытого или явного расстройства, обиды. В принципе, оценить эмоциональную окраску рисунка не сложно.
Анализ отдельных частей изображения. Если рисунок состоит из множественных деталей, то это говорит об энергии автора, активности, инициативности. Руки или лапы характеризуют коммуникативную сферу личности. Как правило, их изображают экстраверты. Отсутствие же рук или лап выражает проблемы в сфере общения, или же попросту неумение автора рисовать эти части тела. К примеру, щупальца свидетельствуют о смелости и, возможно, предприимчивости, уши о стремлении получать и обладать информацией. Рога выражают агрессивные защитные устремления. Лапы, если они устойчивые и четкие, — показывают внимательное отношение к основам деятельности, обоснованности принятия решений. Слабые, несоединенные с корпусом, наоборот, необдуманность решений, неумение быть последовательным. Глаза — зеркало души. В рисунке взрослого пустые глазницы, нарисованные в виде одинаковых кружков могут свидетельствовать о внутренней эмоциональной пустоте, тупости, иногда деградации, асоциальности и страхе. Красивые и хорошо прорисованные — символ желания понравиться окружающим, быть привлекательным. «Точечки» или «черточки» вместо глаз говорят о внутреннем запрете на проявление эмоций, возможно параноидных чертах. Зачернение глаз, изображение их в темных очках связаны со страхами автора рисунка, об этом говорят Людмила Лебедева, Юлия Никонорова, Наталья Тараканова в книге «Энциклопедия признаков и интерпретаций в проективном рисовании и арт-терапии».
Анализ линий рисунка. Далее оцениваются линии нарисованного изображения: ломаные, остроугольные или плавные, закругленные, отдельные четкие и аккуратные, или множественные, как попало пересекающие друг друга. Как правило, особенности рисования линий отображают такие свойства нервной системы, как ее силу или слабость, инертность, динамичность. Некоторые психологи, анализируя линии, связывают их со свойствами темперамента человека и говорят о том, что остроугольность линий — свидетельство холерического темперамента, а излишняя плавность — флегматичного. На мой взгляд, такая оценка «срабатывает» при интерпретации признаков почерка, а при изучении рисунка не всегда.
Вообще, изображая что-либо, мы, сами того не осознавая, рисуем либо себя, либо свое внутреннее состояние, а скорее и то и другое. В итоге внешние линии (контуры) центральной или единственной фигуры рисунка изначально являются символической границей между нами и окружающим миром, а характер этих линий часто отражает наше отношение к этому миру, его субъективное восприятие. Например, уверенные, яркие и легкие линии свидетельствуют об уверенности в своих силах вплоть до самоуверенности.
Неровные, неясные линии свидетельствуют о боязливости и робости, особо четко подчеркнутые и выделенные — признак повышенного самоконтроля, стремление скрывать от окружающих свои проблемы и переживания. Затемнение, «запачкивание» — выражает повышенный уровень страха и тревоги. Четкие, обрамляющие изображение линии, нарисованные как будто одним движением, — показатель самоизоляции от социума, или субъективного восприятия своего состояния как изолированного. Неоконченные линии, словно автору не хватило сил их дорисовать — частый признак астенического* состояния. Бессознательные тенденции к предельной экономии сил, стремлении сберечь остаток психической энергии.
Сила нажима. Я всегда дополнительно рассматриваю такой признак рисунка как нажим. С помощью нажима можно оценить характер внешних эмоционально-волевых проявлений автора. Как в почерке, так и в рисунке сильный нажим присущ людям эмоционально активным, подвижным, отличающимся яркой жестикуляцией и артикуляцией. Те, кто рисует со слабым нажимом, пребывают в эмоционально сниженном настроении, не любят выступать перед аудиторией, «бледны» в эмоциональных проявлениях. Такой слабый нажим характеризует человека тревожного. Если эти линии можно назвать «паутинообразными», то налицо астеническое, ослабленное и физически, и психически состояние, депрессия. Нарисованный ствол дерева с помощью таких линий свидетельствует о страхе человека перед самоутверждением, избегание самостоятельных действий. Изображенная таким образом листва говорит о развитой чувствительности, впечатлительности, подверженности влиянию со стороны.
Импульсивный, непостоянный по силе нажим рисунка является наиболее нежелательным. Ведь постоянный, выдержанный по силе нажим — свидетельство уравновешенного характера, умения обдумывать свои решения. А непостоянный указывает на нервность, импульсивность, лишнюю эмоциональность при принятии жизненно важных решений, порывистость, нередко, неспособность к систематическому труду. Если же нажим в линиях рисунка слабый и одновременно неравномерный, то это может свидетельствовать о неуверенности, иногда неврастеничности и, возможно, психическом мазохизме. Последнее утверждение, как правило, подтверждается, если рисунок в целом эмоционально «грустный» выражает негативные настроения или тенденции.
Сильный, но не слишком дифференцированный нажим наблюдается у ли·ностей, которым присуще зацикливание на проблеме, каком-то переживании, трудный переход от одного вида деятельности к другому. Но такие люди с успехом докапываются до глубины определенных идей и практически никогда не бросают начатое дело.
Очень сильный нажим рисунка свидетельствует о наличии у человека резко возникшей тревожности, вероятно, попытках агрессивно подавить источник страха, большой эмоциональной напряженности. Прерывистые и дрожащие линии, рисуемые медленно, указывают на нерешительность, неуверенность в себе, повышенный уровень тревожности или даже ярко выраженное беспокойство. Однако тонкие и изящные линии, нарисованные быстро, энергично являются доказательством уверенности автора рисунка в том, что он делает, отсутствия смущения, стремления добиться цели.
Толстые линии, обрамляющие центральную фигуру рисунка, выдают склонность к импульсивному поведению, иногда необдуманности действий и поступков, некоторой агрессивности в том числе и вербальной. Отчасти это может быть стремлением сохранить независимость от окружения, как бы свою целостность, самобытность. Но иногда, стремление рисовать очень толстыми, жирными линиями имеет не совсем социально-приемлемые формы.
Жирные линии, без сильного нажима, могут встречаться у любителей вкусно покушать и получать от жизни некоторые физические удовольствия.
Во многих рисунках их авторы не только изображают контуры фигуры или рисунка в целом, а и штрихуют, выделяют какие-то части зачернением, обозначая таким способом тени и т. д. Темные тона, преобладающие в штриховании, зачерчивание внутреннего пространства прерывистыми линиями разной длины и направленности свидетельствуют о наличии внутреннего конфликта, повышенного уровня тревожности. Если же такая штриховка сделана с сильным нажимом, то автор может находиться в состоянии вынужденной агрессии по отношению к кому-то.
Цветные рисунки. Отдельная тема — цвет рисунка, линий или зарисовки, если таковые есть. Как правило, рисунки, «появившиеся на свет» во время телефонного разговора или совещания сделаны одним цветом, тем, что есть под рукой. Поэтому появление цвета уже само по себе свидетельство того, что человек хотел что-то особенно подчеркнуть. Предпочтение черного цвета свидетельствует о компенсационном поведении, желании отвергать (например, то, о чем в момент рисования идет речь), проявлять агрессию, активное противодействие.
Белый цвет — символ чистоты и открытости. Если смешать все цвета радуги, то получится белый. Важно знать, что отношение к этим, да и некоторым другим цветам, разное, например, у европейцев и народов востока. В Китае белый — цвет траура, а черный, наоборот радости и торжества. Поэтому изучение рисунков представителей других народов требует знаний об их архетипном и национальном отношении к цвету.
Красный — цвет агрессивности, наступательной активности и сексуальности, чувственной страсти, но и гнева, насилия. Иногда выбор этого цвета говорит о наличии «горящей» проблемы, эмоциональном напряжении, реакции на опасность,
По словам И. Гете, оранжевый цвет рисунка создает впечатление тепла и удовлетворенности, так как является оттенком огня, характерным для заходящего солнца.
Синий цвет — проекция глубины, стремления уйти в себя, покоя и тишины, надежности, гармонии и надежды. Это также цвет самоанализа и самоуглубления.
Все те же авторы высказывают мысль об ассоциации желтого цвета с теплом и светом, солнцем, питающем жизнь энергией. Это цвет ясности, радости и веселья, открытости, целеустремленности и стремления к активному созиданию, а также наслаждению от результатов этой деятельности. Комментируя рисунки с преобладанием желтого цвета, можно говорить, что их автор человек любознательный, активный, иногда непостоянный в своих второстепенных привязанностях, стремящийся к новым интересным занятиям и хобби. Такие люди легко устанавливают контакты с другими, нередко стараются перевести отношения в непринужденное русло. Можно также предположить, что у автора наглядно-образный, художественный тип мышления. Вполне возможно, что выбранные автором присланных на конкурс рисунков 6-9 фон и цвет бумаги опосредованно говорят о наличии упомянутых качеств и стремлений.
Все тот же И. Гете с зеленым цветом связывал свое представление о гармонии, считая, что в нем происходит примирение противоположностей, мужского и женского, черного и белого, души и тела.
Говоря об использовании цвета, необходимо обращать внимание на то, что зеленая трава, красное или желтое солнце — это естественное использование цвета. Другое дело, когда человек, имеющий нормальное цветоощущение (не дальтоник) рисует море черного цвета при наличии синего карандаша, коричневую траву и т. д.
Тема рисунка. И последнее, что оценивается и интерпретируется — это тема рисунка, что на нем изображено. То, что мы рисуем, напрямую отображает наш внутренний мир и его состояние.
О линиях мы уже говорили. Однако, хочется добавить, что рисование прямых с достаточным нажимом линий показывает определенную степень раздражения по отношению к предмету разговора или человеку, с которым он ведется. Особенно это заметно, когда линии перечеркивают друг друга. Характерным примером является рисунок 6. Такие рисунки создают люди, которые достаточно долго терпят и стараются обходить конфликты стороной, но переживают их внутри и рано или поздно выплескивают все эмоции на обидчика. Таким обидчиком может быть как конкретный человек, так и работа. С другой стороны, подобные рисунки — реакция на агрессию, своеобразный предохранительный, психокорректирующий прием, способствующий разрядке.
Волнообразные линии — свидетельство умиротворения, покоя, дипломатичности, умения находить разумные компромиссы в сложившейся ситуации.
Рисунок солнца с добрым выражением лица говорит о том, что вы пребываете в хорошем расположении духа, полны энергии, общение в данный момент доставляет удовольствие или сулит хорошие перспективы.
Обратим внимание на рисунок 7. На нем изображены два лица в анфас. Такое изображение выдает человека, умеющего общаться, легко находящего точки соприкосновения с другими людьми, подобная трактовка изложена Алиной Ланской в книге «Язык рисунка. Характер человека — как на ладони». Но лица явно перекошены, что говорит о межличностном конфликте с близким человеком, недовольстве собой. Специфика изображения глаз (очков) является признаком осознания автором своей неправоты в этом конфликте. Либо автору надоели частые обсуждения общих ошибок в отношениях, глупость, которая их может погубить. Рисунок так же выражает определенную степень внутренней тревоги и напряжения. Другие рисунки этого автора говорят о конфликте не только межличностном, но и внутри себя.
Автор рисунков 1-5 явно любит изображать многоугольники, дополняя их витиеватыми линиями, украшающими картинку. Многоугольники рисуют люди достаточно требовательные к себе и другим, добивающиеся в жизни успеха не только благодаря протекции, но и своим силам. Когда многоугольники имеют пять, шесть и больше углов, и соединены с украшениями, то можно говорить, что их рисовал эмоциональный человек, иногда принимающий интуитивные решения. Если таких людей в детстве неправильно воспитывать, они могут быть конфликтны, неуступчивы, придирчивы. Анализируя рисунки нашей конкурсантки, раскрашенные цветом, можно предположить, что она активна и жизнерадостна, иногда ее переполняет энергия, но не всегда рядом есть человек, способный понять и принять ее пожелания и устремления.
Рисунки 10-11 выдают общительного, интересного человека, любознательного, любящего путешествовать. Такие люди умеют дарить подарки, при чем не только материальные, но и эмоциональные. В сочетании с выбранным цветом рисунка можно говорить о большом запасе нервно-психической энергии, сексуальности автора.
Наши рисунки это кладезь информации. Изучив несознательно сделанные рисунки можно, «читать человека» как раскрытую книгу, понимая его проблемы и радости, состояния и скрытые желания.
Психологические портреты участниц конкурса «Что поведает твой рисунок?»
В процессе рисования мы переносим на лист бумаги наши эмоции, радости, тревоги, достижения и многое другое. Психология позволяет по рисункам не только определять положительные качества человека, но и диагностировать его проблемы, страхи, скверные черты характера. Поэтому, не следует забывать о «кодексе чести психолога» и интерпретировать то, что является сугубо личным у каждого человека. Некоторые такие замечания «выделены» только маленькими штришками так, чтобы автор рисунка мог их понять и сделать соответствующие выводы
Судя по характеру линий и стрелок (внутри которых есть числа) на рисунке, их направленности в разные стороны из одного центра, можно говорить о том, что автор данного рисунка (рис. 1) человек достаточно, инициативный и решительный. Но в жизни предпочитает вторые роли, желая оставаться «за кулисами». Зарисовки в виде прямоугольников со сглаженными краями — одно из свидетельств ответственного отношения к делу, в частности к тому, которое в цифрах и буквах отображено на рисунке. Однако для автора эта работа уже поднадоела, либо связана с общением с неприятными людьми, или недостаточной оценкой ее вклада. Впрочем, причин может быть много, но суть одна — что-то в этом процессе вызывает негативные эмоции. Возникает небольшая, тщательно скрываемая и порой неосознаваемая тревога, которая преследует со всех сторон, как от руководителей, так и от окружения. На рисунке это проявляется в тщательной заштриховке, затемнении прямыми и ломаными линиями практически всех углов и сторон прямоугольников. Автор словно прячется в эти прямоугольники, закрывая себя от всех. Маленькие «колючие» ежики или звездочки из многих линий — еще одно тому подтверждение.
Несмотря на сказанное, автор человек оптимистичный и жизнедеятельный, активный и внимательный к работе, вплоть до мелочей, жаждущий перемен, которые помогут гармонизировать отношения в первую очередь с собой.
Необычность конфигурации разных составляющих рисунка говорит о творчестве, неплохом уровне интеллекта. Но умение творить по разным причинам не используется, не происходит полноценная самореализация, что может быть причиной уже упомянутой тревоги. Девушка, нарисовавшая этот рисунок, достаточно упрямая, всегда стремится закончить начатое дело и добиться поставленной цели, приложив много усилий для ее достижения. Но, нередко, скрывает в себе свои желания, обиды, огорчения, а другие воспринимают это как должное, не считаясь с ней.
Рисунок, изображающий цветок, тянущийся к солнцу (рис. 2) — гармоничный и целостный. В нем присутствует не только форма, изображающая цветы, солнце, траву, но и своеобразное, хорошо воспринимаемое зрительно движение. Такие кинестетические особенности рисунков встречаются редко. Человек, способный их выразить отличается художественным вкусом, фантазией, нередко живет в мире абстрактных идей, так считает известный немецкий психолог Герман Роршах. Скорее всего, этим выражается желание больше внимания уделять душевной стороне жизни, оригинальности в отношениях и на работе. Исходя из общей оценки характера рисунка, можно говорить о том, что создателю рисунка хочется больше душевного тепла, близости, чего-то такого, что затронет тонкие струны души, а не повседневной рутины. Этого тепла и внимания недостает в первую очередь от более сильной, в субъективном понимании автора фигуры. Возможно, этот человек или организация не внимательные к художнице, являются в определенной мере авторитарными. Если рассматривать нарисованное солнце как источник тепла, то в большинстве близких нам культур, в первую очередь славянских, солнце олицетворяет мужскую, сильную, энергичную половину. В нашем случае, солнце как раз может быть символическим изображением человека, сердечность и понимание которого помогает обрести психологический покой и равновесие. Для такого полноценного равновесия автору не хватает эмоционально теплого общения, искреннего понимания эмоций.
Можно с достаточной степенью достоверности говорить, что автор хорошо справляется с работой, требующей творческого начала, умения применять ассоциативное мышление, хорошо видеть и выделять главное. Вероятно, девушке нужно чаще прислушиваться к интуиции и своим сновидениям, своеобразным подсказкам из бессознательного. Она может быть восприимчивой к внутренним переживаниям и созерцаниям, без которых невозможны, как научные открытия, так и глубокие чувства.
Хорошо созданные формы и узоры рисунка 3 говорят о стремлении к гармонии, о спокойной и организованной жизни, что вовсе не свидетельствует о желании ничего не делать и сидеть, сложа руки. Но кто-то любит постоянные переезды, шумные развлечения и большие компании, а наш автор, наверное, предпочла бы смотреть на море, закат солнца и на костер в коллективе близких друзей. У нее достаточно высокий уровень интеллекта, но в повседневной работе в полном объеме он не используется. Она также способна к долгой концентрации внимания, обладает хорошей работоспособностью, предпочитает спокойную работу, где необходима вдумчивость и внимательность деятельности с несложными результатами. Автор — человек общительный, романтичный.
Рисунок 4, изображающий клоуна с крыльями, интересен тем, что его [pic5] автор фактически нарисовала себя и свое внутреннее состояние. Можно предположить, что художница обладает высоким запасом нервно-психической энергии, интересуется многими областями человеческой деятельности, старается принять участие в как можно большем количестве различных дел и мероприятий. Все это направлено на завоевание места под солнцем, объясняется увлеченностью своей деятельностью.
У автора хорошо выражены коммуникативные способности, общение для нее это и работа, и отдых, и развитие, и многое другое. При этом ее интересуют все стороны общения, будь-то встреча с друзьями или обсуждение последних интересных фильмов и выставок, разговор тет-а-тет. Такое общение выполняет и своеобразную защитную функцию. Штриховка рисунка свидетельствует о постоянно возникающем страхе. Вполне возможно, это связано со страхом быть не принятой, не понятой или брошенной психологически значимым человеком. Поэтому для установления и поддержания нужных ей контактов используются как легкое кокетство, так и детские капризы. Многогранное общение дает уверенность в себе, а основной используемый ею способ поддержания отношений — быть интересной собеседницей, обладающей большим количеством знаний, умение «подавать» себя, быть просто интересным человеком. У автора очень хорошо развито активное воображение, ее любознательность «подпитывает» интеллект, дает возможность генерировать идеи, вдохновляться и вдохновлять других, быть интересной собеседнику.
Исходя из характера рисунка и его тематики, можно сказать, что художница до сих пор, принимая жизненно важные решения, подсознательно обращается за одобрением к более сильной в психологическом плане фигуре женского пола. Например, к матери, бабушке, сестре, подруге. С одной стороны ничего плохого в этом нет, но с другой, автор попала в ситуацию своеобразной психологической тюрьмы, из которой выйти ей не дают, или она сама не хочет, боясь ответственности за принимаемые решения, вероятности возникновения конфликта. Возможно, надо завоевывать, а не выпрашивать уважение этого человека, перестать бояться быть непонятой или не принятой, становясь самой собой, перестать подавлять в себе те прекрасные импульсы, которые мешают жить так, как хочется.
В глубине души художница положительно амбициозна и честолюбива, со стремлением достигать и обладать. Для этого она готова много и хорошо работать, расти вверх, как ее цветок (рис. 5).
Перевод «people in motion» на русский
The time component for events that are viewed by people in motion with respect to each other will be different.
Компоненты времени для событий, которые видят люди в движении относительно друг друга, будут разными.
Trees, bushes, people in motion, and areas of fine detail ended up blurry, noisy, or simply out of focus.
Деревья, кусты, люди в движении и мелкие детали оказались размытыми, шумными или просто не в фокусе.
«We set people in motion»
«Мы приводим людей в движение»
And thus, you will have a situation where the power elite have planned a conflict, and they have set all of the people in motion to blow up this or that, to create this or that conflict.
Итак, мои возлюбленные, перед вами будет ситуация, когда элита власти планирует конфликт, и они привели всех людей в движение, чтобы раздуть, создать тот или иной конфликт.
The platform is specifically designed to detect and differentiate faces under real-world conditions, such as people in motion, under poor lighting, or when the subject is partially obscured.
Платформа специально предназначена для обнаружения и дифференциации лиц в реальных условиях, таких как: люди в движении, при плохом освещении или когда объект частично затемнён или скрыт.
Muybridge, Eadweard (1830-1904), English-American photographer and motion picture pioneer, known for his photographs of animals and people in motion.
Muybridge, Eadweard (1830-1904), английский-американский фотограф и пионер кино, известный своими фотографиями животных и людей в движении.
That Koar: Radio has always worked well when we had to catch people in motion, and we always used.
Том Коар: «Радио всегда хорошо работало, когда надо было застать людей в движении, и мы всегда это использовали.
Thirdly, labor migration sets vast numbers of people in motion amid legal uncertainties and provides ready-made channels for smuggling.
В-третьих, трудовая миграция вынуждает огромное число людей перемещаться в условиях правовой неопределенности и создает готовые каналы для контрабанды.
He photographed animals and people in motion.
Они умели изображать людей и животных в движении.
This survey is unique in Mexico (and possibly in the world) because its methodology is designed to catch people in motion, including formal and informal movement.
Это обследование носит уникальный характер в Мексике (а возможно, и во всем мире), поскольку его методология разработана таким образом, чтобы регистрировать людей в процессе передвижения, будь оно официальным или неофициальным.
The October Revolution wouldn’t have happened without a lot of steam; without masses of people in motion working toward a goal.
Октябрьская революция не произошла бы, не будь огромного количества накопившегося «социального пара», без массы людей, пришедших в движение, стремящихся к цели.
In the painting, according to the artist, he combines photography of early nineteenth century, people in motion and image of Large Hadron Collider.
В росписи, по словам художника, соединились фотография начала XIX века с людьми в движении и образ большого адронного коллайдера.
The title comes fr om the «Neonomads» cycle of the artist’s works — analysis dedicated to the structural phenomenon experienced throughout the world: people in motion from large migration flows to mass tourism.
Название выставки происходит от цикла работ «Неономады», анализа, посвященного структурному событию, происходящему во всем мире: человечеству в движении, от больших миграционных потоков к массовому туризму.
Marco Polo and even Batuta happened to be writers, and like writers, they wrote, but that is no reason to assume they were the only people in motion during the last 3,500 years.
Марко Поло и ибн-Батута, по случаю, оказались писателями, и они написали о том, что увидели, но это не доказывает того, что за последние три с половиной тысячи лет они были единственными путешествовавшими людьми.
Emergent behaviour can be predicted if the interaction among the entities is known, as shown in 2014 by researchers at the University of Minnesota who determined how two people in motion interact and, from that, how a crowd moves.
Так, в 2014 году ученые из Университета Миннесоты определили, как взаимодействуют два человека в движении и, исходя из этого, как движется толпа.
Cars and people in motion.
Legal Expert on International Migration, Immigration and Transnational People in Motion (European University of Madrid, 2003- 2004).
Юрист-эксперт по вопросам международной миграции, делам иностранных граждан и международному перемещению лиц, Европейский университет Мадрида, 2003-2004 годы.
Возможно неприемлемое содержание
Примеры предназначены только для помощи в переводе искомых слов и выражений в различных контекстах. Мы не выбираем и не утверждаем примеры, и они могут содержать неприемлемые слова или идеи. Пожалуйста, сообщайте нам о примерах, которые, на Ваш взгляд, необходимо исправить или удалить. Грубые или разговорные переводы обычно отмечены красным или оранжевым цветом.
Ничего не найдено для этого значения.
Предложить пример
Больше примеров Предложить пример
Новое: Reverso для Windows
Переводите текст из любого приложения одним щелчком мыши .
Скачать бесплатно
Перевод голосом, функции оффлайн, синонимы, спряжение, обучающие игры
Результатов: 19 . Точных совпадений: 19 . Затраченное время: 79 мс
Помогаем миллионам людей и компаний общаться более эффективно на всех языках.
Аристотель о движении животных Текст научной статьи по специальности «Философия, этика, религиоведение»
МЕТАФИЗИКА / ИСТОРИЯ ТОЧНЫХ И ЕСТЕСТВЕННЫХ НАУК / ЭМПИРИЧЕСКИЙ МЕТОД / ПЕРВЫЙ ДВИГАТЕЛЬ / МЕХАНИКА ДВИЖЕНИЯ / METAPHYSICS / THE HISTORY OF EXACT AND NATURAL SCIENCES / EMPIRICAL METHOD / THE FIRST MOVER / THE MECHANICS OF MOVEMENT
Аннотация научной статьи по философии, этике, религиоведению, автор научной работы — Афонасин Евгений Васильевич
Перевод трактата Аристотеля «О движении животных» (De motu animalium) призван дополнить обсуждение Метафизики , Метеорологии и подборки фрагментов из несохранившихся естественнонаучных сочинений Теофраста (см. выше в этом выпуске журнала). В особенности это касается его критики Аристотелевской телеологии и его понятия первого двигателя . Трактат переводится на русский язык впервые.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Похожие темы научных работ по философии, этике, религиоведению , автор научной работы — Афонасин Евгений Васильевич
Теофраст о первых началах
Теофраст о музыке
Трактат «о пневме» (DeSpiritu) Аристотелевского корпуса
Порфирий об одушевлении эмбриона
Аристотелев корпус. Механические проблемы
i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Aristotle on the movement of animals
An annotated translation of Aristotle’s short treatise De motu animalium is designed to supplement a discussion of Theophrastus’ Metaphysics , Meteorology and a selection of the fragments of his lost scientific works, eps. Theophrastus’ critique of Aristotelian teleology and the idea of the first mover (published in this issue of the journal). The treatise is translated into Russian for the first time.
Текст научной работы на тему «Аристотель о движении животных»
АРИСТОТЕЛЬ О ДВИЖЕНИИ ЖИВОТНЫХ
Е. В. Афонасин Институт всеобщей истории РАН (Москва) Институт философии и права СО РАН (Новосибирск) afonasin@post.nsu.ru
Institute of World History (Moscow); Institute of philosophy and law (Novosibirsk) Aristotle on the movement of animals Abstract. An annotated translation of Aristotle’s short treatise De motu animalium is designed to supplement a discussion of Theophrastus’ Metaphysics, Meteorology and a selection of the fragments of his lost scientific works, eps. Theophrastus’ critique of Aristotelian teleology and the idea of the first mover (published in this issue of the journal). The treatise is translated into Russian for the first time.
Keywords: metaphysics, the history of exact and natural sciences, empirical method, the first mover, the mechanics of movement.
* Исследование выполнено при финансовой поддержке Российского научного фонда «Наследие Аристотеля как конституирующий элемент европейской рациональности в исторической перспективе» (проект № 15-18-30005, Институт всеобщей истории РАН).
Небо не возникло и никогда не погибнет «как целое». Время его жизни — это Эон, вечность, объемлющая бесконечное время. Так Аристотель начинает свою теорию о движении вселенной (О небе 28эЬ2б-32). Вечность и неизменность вселенной, разумеется, не означает ее неподвижность. Напротив, она есть бессмертное существо (ведь таково мнение «древних»),1 наделен-
1 Впрочем, как и некоторых «новых» мыслителей. Так, Роджер Пенроуз в своей недавней книге Циклы времени (2014, 151) рассказывает для широкой публики свою теорию Конформной Циклической космологии (ССС), в которой, исходя из самых общих физических соображений, прежде всего, второго начала термодинамики, он вводит понятие Эонов, сменяющих друг друга в течение неопределенно долгого времени. Необратимый процесс, ЕХОЛН Vol. 10. 2 (2016) © Е. В. Афонасин, 2016
www.nsu.ru/classics/schole DOI: 10.21267/AQUILO.2016.10.2971
ное движением особого рода — безграничным и безостановочным движением, ограничивающим и останавливающим все остальные движения. Именно это движение есть первопричина всех остальных движений и изменений в мире (284а2-12).
Но какова причина этого первичного движения? Может, его обеспечивает Атлант, крепко стоящий на земле и подпирающий Небо? Или же к вечному движению его принуждает душа (284а20 и 28)? Подобные гипотезы кажутся Стагириту наивными: конечно же Небо одушевлено, однако причину своего движения оно содержит в себе самом (285а27).
Насколько вечная во времени вселенная однородна в пространственном смысле (изотропна)? Есть ли у нее право и лево, верх и низ, перед и зад? Ясно, что, например, растения растут вверх, спереди расположены органы чувственного восприятия у животных, тогда как для большинства неодушевленных предметов ориентация в пространстве не имеет значения, хотя сила тяготения заставляет все их падать вниз и т. д. Аристотелю кажется естественным предположить, что и шарообразная вселенная все же имеет выделенные направления:
. если Небу присущи право и лево, то следует полагать, что ему тем более должны быть присущи начала, первичные по отношению к этим. Начала эти рассмотрены в трактате о движении животных, так как составляют неотъемлемое свойство их природы. (184Ы2-14, пер. А. В. Лебедева).
И действительно, эта проблема, среди прочих, рассматривается в двух кратких сочинениях Аристотеля, посвященных способам передвижения живых существ.
Первое из них, О движении животных, выглядит как законченное произведение, однако, в отличие от больших сочинений Аристотеля, очень конспективно. Очевидно, что перед нами краткий курс лекций, в котором формулируются проблемы, а затем лишь намечается их решение. В этом отношении трактат очень похож на Метафизику Теофраста (публикуемую ранее в этом выпуске журнала).
В заключительной фразе трактата Аристотель сам помещает его в контекст собственных естественнонаучных исследований. Он говорит, что уже ранее имел возможность подробно рассмотреть причины, по которым животные имеют именно такие части и для чего их предназначила «природа» (О частях животных), вопросы, связанные с душой (О душе), чувственным
«трансформирующий гравитацию в вещество», предполагает и Илья Пригожин в главе «Предшествует ли время существованию вселенной?» своей книги «Конец определености» (2001, 156 сл.). Вселенная, по его словам, — это открытая система, возникшая в результате «вспышки энтропии» (157).
восприятием (Об ощущении и ощущаемом), сном (О сне и бодрствовании), памятью (О памяти и припоминании) и, наконец, проблемами движения животных в целом (этот трактат). Теперь, заключает он, можно перейти к эмбриологии (О рождении животных). Из трактатов так называемых «Малых естественнонаучных произведений» здесь не упоминаются лишь сочинения, посвященные сновидениям, изучению продолжительности жизни у различных животных и дыханию.2 Примечательно, что еще одному краткому сочинению Аристотеля, трактату, посвященному описанию разного вида передвижений животных (nspi nopsiag ^wv, De incessu animalium), в этой схеме места не нашлось. В нем речь идет о различии конечностей у разных животных, повторяется теория о механизме передвижения животных (известная нам из трактата О движении животных), сравниваются различные виды животных друг с другом и животные с прямоходящим человеком и т. д. Этот текст, являющийся логичным дополнением как к публикуемому краткому сочинению Аристотеля, так и к его обширному трактату О частях животных, я представлю в следующем выпуске журнала.
Поиск причин всякого природного явления Аристотель склонен увязывать с целью того или иного действия, явления или события. Как мы видели ранее, его ученик Теофраст относится к этой идее настороженно, полагая, что в ряде случаев такой подход приводит к ошибкам.3 Впрочем, Аристотель это также понимает и стремится к максимально точному описанию явления, даже если цель его не вполне ясна. Трактат О частях животных почти полностью посвящен изучению назначения частей животных с физиологической и телеологической точек зрения. Подобный методологический подход стал доминирующим в античной биологии и медицине, и спустя пять столетий Гален по-прежнему пишет сочинение О назначении частей человеческого тела. Базовая «телеологическая» идея Аристотеля сводится к тому, что Бергсон назвал «внутренним целеполаганием»: каждый организм «сложен» таким образом, чтобы все его части как можно точнее подходили друг к другу и как можно лучше служили целому. Он устроен подобно совершенному полису, управляемому идеальными законами (suvo^ou^sv^v). Ему не нужен правитель, который бы постоянно вмешивался по своему произволу в жизнь целого и его ча-
2 О сновидениях, О предсказаниях во сне, О долгой и краткой жизни, О юности и старости, жизни и смерти. Трактат О духе (или пневме), также обычно включаемый в этот список, Аристотелю не принадлежит, поэтому не удивительно, что его он не упоминает. Не упоминается в этой схеме и монументальная История животнъх. Подробнее о Parva natu-ralia см., например, Месяц 2005, 392 сл.
3 Анализ Аристотелевской теории о том, что «все происходит ради чего-то» и «ничего не случается зря», примеры из его сочинений и их разбор см. в Метафизике Теофраста 1оа25 сл. (см. выше в этом выпуске Афонасин 2016, сн. 45-50).
стей. Просто каждая часть по привычке (81а то е’0о?) выполняет свое предназначение (О движении животных 70за25 сл.). 4
Действуя с определенной целью организм неизбежно совершает «движения» (в обобщенном смысле слова) и подвергает себя различным изменениям. Одновременно, как и любой природный объект, он подвержен воздействию окружающей его среды. Всякое движение, настаивает Аристотель, должно быть инициировано двигателем,5 и, кроме того, чтобы одно двинулось, нечто другое должно оставаться (по отношению к нему) неподвижным, то есть выступить в качестве опоры для толчка. Поэтому, например, брошенный камень должен «опираться» о воздух. 6 Животное также не сможет сдвинуться с места, будучи лишенным возможности опереться о какую-либо плотную среду, например, землю, воду или воздух. Кроме того, в нем самом должна найтись некая «точка покоя», которая могла бы выступить в качестве внутренней опоры для движения как всего тела, так и его частей.
Рассмотрев механические аспекты движения Аристотель переходит к физиологическим и психологическим. И хотя с точки зрения античного физика все тела стремятся к своим «естественным» местам и совершают «естественные» для них движения (например, легкое естественным образом стремится вверх и т. д.), именно живые организмы подвижны по своей природе. Движения эти могут быть произвольными (гкоиочоид), невольными (акоиочоид) или непроизвольными (ои/ Екоиочоид). Последние два вида движений обусловлены физиологией, и Аристотель кратко касается их в последнем разделе трактата. Что же касается первого, произвольного движения, то его источник, согласно Аристотелю, носит психо-физиологический характер. Изменения в нашем
4 Рассуждая о частях животных, Аристотель не говорит об универсальной «цели», к которой могли бы стремиться все биологические виды, или о чем-то подобном. Возможно поэтому его не очень беспокоят и примеры рудиментарных и ненужных органов (примеры см. выше: Теофраст, Метафизика юЬ5 сл.). Ср. Оглезнев 2016.
5 Наиболее известное место: начало седьмой книги Физики (242аз5 сл.). Этот постулат имел долгую историю и, в контексте движения животных, критиковался еще Галеном. Правда, сведения об этом, дошедшие до нас лишь в виде полемического возражения Александра Афродисийского (которое, к тому же сохранилось лишь в арабском переводе), не позволяют заключить с уверенностью, в чем именно состояла эта критика. Вероятно, Гален полагал, что сущие сами по себе вещи не нуждаются в двигателе для того, чтобы пребывать в движении (см. Pines 1961, 33). Это положение подобно мысли Теофраста о том, что движение — это жизнь космоса (Метафизика 10а14).
6 К слову сказать, это ошибочное положение Аристотеля и лежащая в его основании теория были пересмотрены лишь в VI в. Иоанном Филопоном и зависящими от него арабскими и латинскими средневековыми философами, сформулировавшими теорию «естественного стремления» тел по аналогии с идеей «внутренних склонностей» одушевленных существ (подробнее см. Pines 1961, 34 сл.).
организме (например, недостаток влаги) приводят к тому, что наши внутренние органы подают нам сигнал и мы начинаем испытывать некую потребность (например, жажду). Привлекая воображение и когнитивные способности мы тут же действуем для того, чтобы удовлетворить эту потребность. И наоборот, желая какой-либо предмет или стремясь его избежать, мы привлекаем наше воображение или разумение. Как следствие, наш организм отвечает физическими изменениями, и мы готовы к тому, чтобы совершить движение: «Аффекты подобающим образом подготавливают органические части, стремление подготавливает аффекты, а воображение — стремление (ope^iv). Воображение, в свою очередь, основано либо на мышлении, либо на чувственном восприятии. Одновременность и быстрота достигается природной согласованностью действующего и претерпевающего начал» (702а20-21).
Итак, причина движения найдена — это стремление, «середина, движущее и само движимое», воплощенное в определенном органе, которым Аристотель считает сердце. Осталось найти источник движения, ту силу (¡a^v) которая бы его обеспечивала. Таковой оказывается некий врожденный дух (nveu^a au^9uxov), который «выполняет ту же роль в душевном начале, как точка в сочленении, движимая и движущая по отношению к неподвижному. А так как начало у одних животных находится в сердце, а у других в том, что аналогично сердцу, то ясно, что жизненный дух также располагается в нем» (70за12-14).
На русский язык трактат О движении животных переводится впервые в контексте международного проекта, посвященного изучению наследия Аристотеля и аристотелевской традиции и приуроченного к 2400-летию со дня рождения великого Стагирита (Петрова 2016).
О движении животных
698а I. В другом сочинении 7 мы уже подробно исследовали движения различных родов животных, отличия между этими движениями, а также причины, обуславливающие их индивидуальные особенности (ведь некоторые животные летают, некоторые плавают, некоторые
7 Очевидно, имеется в виду большое сочинение Аристотеля О частях животных. Эта и другие перекрестные отсылки хорошо определяют место этого небольшого трактата среди других сочинений Стагирита.
5 ходят, а некоторые передвигаются различными другими способами). Теперь нам предстоит рассмотреть общую причину всякого движения животных.
Обсуждая, существует ли вечное движение и если да, то каково оно,8 мы уже выяснили, что началом других движений является то, 10 что движет себя само, и что его начало неподвижно, и что первый двигатель необходимо должен быть неподвижным. И постичь это нам надлежит не только в качестве понятия (тф Аоуш), но и через его индивидуальные проявления в области чувственно воспринимаемого: ведь именно таким образом мы разыскиваем общие понятия (тоид ка9оХои Хоуоид) и на этом основании полагаем, что они
15 должны между собой согласовываться (ефар^отте^). Очевидно, что в чувственно воспринимаемом мире ничто не сможет двинуться, если что-нибудь другое не останется в состоянии покоя, и прежде всего это верно в отношении нашего предмета, касающегося движения животных. Если животное двинуло одним членом, то другой должен оставаться в покое; для этого у них есть сочленения, которые живот-20 ные используют в качестве центра, и весь член с сочленением — один и два, прямой и согнутый, изменяющийся в возможности и в действительности (8ита|Л£1 ^гругга) благодаря этому сочленению. Когда сочленение изгибается и движется, одна точка сочленения движется, а другая остается неподвижной, подобно тому, как если бы точки А и А, лежащие на диаметре [в окружности с центром в А], 25 находились в покое, тогда как точка В двинулась бы и сформировала радиус АГ. Правда здесь [в геометрической фигуре] центр остается совершенно неподвижным, так как движение на этой схеме представляет собой, как говорится, лишь видимость, и в математическом
8 Физика ©, особ. 258Ь сл. Несколько ранее в этой же книге Физики, в контексте обсуждения Демокрита и Платона, Аристотель связывает вечность вселенной с непрерывностью «моментов» времени: «Если невозможно, чтобы время существовало и мыслилось без теперь, а теперь есть какая-то середина, включающая в себя одновременно и начало и конец — начало будущего и конец прошлого, то необходимо, чтобы время существовало всегда. Ведь крайний предел последнего взятого времени будет в одном из теперь. следовательно, если теперь есть начало и конец, то необходимо, чтобы с обеих сторон его всегда было время. А если имеется время, очевидно, должно существовать и движение, раз время есть некое свойство движения» (251Ы9-29, пер. В. И. Карпова). В контексте нашего трактата это место важно в связи с неоднократно повторяющимися рассуждениями Аристотеля о середине как начале движения. Кроме того, именно здесь проявляется фундаментальная для Аристотеля идея о том, что покой — это не движение с нулевой скоростью (как сказали бы мы), но особое состояние тела. Невозможно указать момент времени, когда покой переходит в движение (подробнее см. Sorabji 1983, 409 Л.).
объекте ничего не движется, тогда как центры сочленений, напротив, 698b потенциально и актуально, то вместе, то раздельно. И все же, начало (^ ¿РХ^) движения как таковое всегда остается неподвижным по отношению к движущейся нижней части конечности. Так, локоть остается неподвижным, когда движется предплечье, а плечо — когда движется вся рука; колено остается неподвижным, когда движется бедро, 5 а бедро — когда вся нога. Следовательно, ясно, что всякое животное должно иметь в себе точку покоя — начало движения для того, что движется, нечто такое, что могло бы служить опорой для движения как всего тела, так и его частей.
9 Титий был титаном, сыном Зевса и Геи (либо Элары), рожденный в недрах земли и разорвавший чрево своей матери для того, чтобы выйти наружу. Он стал отцом Европы и был испепелен Зевсом или пронзен из лука Артемидой за попытку обесчестить Лето (Гомер, Одиссея 7.324, Пиндар, Пифийские песни 4.46, Гигин, Мифы 14, Псевдо-Аполлодор, Мифологическая библиотека 1.4.1). Борей — это северный ветер (Одиссея 5.331 сл.). Описываемый образ можно найти у Гомера (Одиссея 10.46 сл.), где рассказывается, как спутники
их представлению дыхание (nvsü^a) выходит из него самого. Не важ-699a но, дует ли он слабо или же настолько сильно, что порождает сильнейший ветер, и то, что бросает или толкает, будет дыханием или чем-то еще, во-первых, необходимо, чтобы он опирался на один из своих членов, неподвижный и позволяющий толкать, и, во-вторых, 5 чтобы этот член, сам по себе или в качестве части чего-то еще, нашел опору в чем-то внешнем по отношению к нему. Именно поэтому человек, находящийся в лодке, не сможет ее сдвинуть, опираясь лишь на нее, так как то, что он пытается сдвинуть, само должно оставаться неподвижным. Ведь в данном случае движимое и опора — это одно и 10 то же. Если же он будет толкать или тянуть снаружи, то сдвинет ее. И это потому, что земля — это не часть лодки.
III. Возникает следующая апория: если нечто движет все небо, то этот двигатель сам должен оставаться неподвижным, не быть частью неба и не находиться в самом небе. Ведь если он движет себя или 15 приводит в движение небо, то для того, что обеспечить движение, он должен опираться на нечто неподвижное; и это нечто не может быть частью того, что становится причиной движения. Если же двигатель сначала неподвижен (e’iV süQüg axiv^TÖv гот то kivoüv), то по той же причине он не может быть частью движимого. В этом, по крайней мере, отношении правы те, которые говорят, что когда сфера совершает круговое движение, ни одна часть ее не остается неподвижной. Ведь либо она вся должна оставаться неподвижной, либо утратит не-20 прерывность (ctuvsxs?) и разорвется на части. Однако в том, что полюса обладают некой мощью (Suva^iv), они не вполне правы, так как эти полюса не обладают протяженностью и представляют собой лишь края и точки (гагата xai олу^ад). Ведь ничто подобное не обладает сущностью, и, кроме того, одно движение не может происходить 25 от того, что двойственно. Полюсов же, по их представлению, два. 10 Из обзора этих апорий мы можем заключить, что существует нечто, относящееся к природе в целом так же, как земля относится к животным и тому, что движется при их посредстве.
Мифологи, представляющие себе Атланта опирающимся ногами о землю, заложили в историю разумное основание: ведь он стал как бы
Одиссея неосмотрительно открыли меха с ветрами и таким образом вызвали шторм в районе Эолийских островов, изменивший курс корабля.
10 Чье мнение критикует Аристотель не известно, однако ясно, что смысл этой теории от него ускользает.
30 диаметром (Sia^eTpov),11 вращающей небо вокруг полюсов. Это вполне логично, так как земля остается неподвижной. Однако из этого утверждения с необходимостью следует, что земля не является частью мира. Кроме того, сила (¡axuv), с которой воздействует движущее, должна быть равна той силе, которой обладает покоящееся. Ведь имеется определенное количество силы и мощи (ti nA^Qog ¡axuog xai Suva^ewg), благодаря которым покоится то, что находится в состоя-35 нии покоя; то же самое верно и в отношении движения того, что движет. Необходимые пропорции соблюдаются в отношении состояний покоя так же, как и в случае противоположных движений. Лишь тогда равные силы перестают испытывать взаимное воздействие 699b (anaQeig), так как избыток (unepox^v) преодолевается. Поэтому Атлант или иная сила, движущая землю изнутри, не должна толкать (avTepeiSeiv) слишком сильно, чтобы не нарушить стабильное положение земли. Иначе земля переместится из центра и утратит свое 5 естественное положение. Ведь толкающий толкает, а толкаемое отталкивается, причем с равной силой.12 Он порождает движение в том, что прежде покоилось, и сила, с которой он воздействует, скорее больше, нежели меньше или равна той, что присуща неподвижному (т^д ^pe^iag). Она больше и той силы, которой обладает движимое, но не по-10 рождающее движение. Поэтому необходимо, чтобы мощь (t^v Suva^iv) земли в неподвижном состоянии была настолько же большой, как и та, которой обладает все небо и то, что приводит его в движение. Если же это окажется невозможным, то и движение неба какой-либо силой, находящейся в нем самом, также станет невозможно.
IV. Апория возникает и в связи с движением отдельных частей неба, и ее уместно будет рассмотреть здесь, так как она связана с тем, что только что было сказано. Если бы кому-то удалось преодолеть неподвижность земли мощью движения (тэд Suva^ei т^д xiv^aewg T^v 15 т^д y^g ^pe^iav), то он сместил бы ее относительно центра.13 Ясно, что сила (¡axug), порождаемая этой мощью (Suva^ig), не будет беспре-
11 Так в тексте, однако точнее было бы сказать, что он радиус или ось вращения.
12 то ш9оъ\> и0Е1, оътш то шбоъ^Е^о^ ибеТтш, ка! кат’ Действие равно противодействию. По этой причине для того, чтобы тело сдвинулось с места и перешло из состояния покоя в подвижное состояние, нужна сила, большая, чем та, что поддерживает движение.
13 Предполагается, что существует естественный абсолютный центр всего, в котором и находится земля. Если мощь («потенциальная энергия») земли в неподвижном состоянии настолько же велика, как и мощь всего неба, то ничто не сможет преодолеть этот «потенциальный барьер» и земля навсегда останется неподвижной.
дельной (аягфо?), так как земля не беспредельна, равно как и ее вес (Рарод). Вообще говоря, слово «невозможное» (то а8йvатоv) употребляется в разных смыслах (в высказываниях «невозможно увидеть 20 звук» и «невозможно увидеть людей на луне» смысл этого слова различается; ведь в первом случае звук неизбежно (е£ ¿таух^?) невидим, а во втором они по свой природе видимы, но недоступны для нашего зрительного восприятия14). Так вот в отношении неба считается, что оно неизбежно (е£ ¿шук^?) неуничтожимо и нерушимо (а81аХитоу), однако из только что сказанного следует, что это отнюдь не неизбежно. Ведь природа и возможность (ягфикг уар ка! ^8гхгта1) допускают существование такого движения, которое окажется сильнее как той силы, которая удерживает землю в неподвижном состоянии, так 25 и той силы, которая движет огонь и верхнюю сущность (то пир ка! то оуш сй|ла). 15 Если, следовательно, существуют превосходящие движения (йпгрехоиош к^стгк?), то они разрушат одно другое, если же таковых не существует, то остается возможность их существования (так как бесконечная сила невозможна в той же мере, в какой невозможно бесконечное тело), а вместе с ней существует и возможность разрушения неба. Действительно, что может помешать этому как-нибудь случиться, если это не невозможно? А не невозможно это лишь тогда, 30 когда неизбежно ему противоположное.16 Но оставим рассмотрение
этого затруднения до другого случая.
Должно ли существовать нечто неподвижное и внешнее по отношению к движимому, но не являющееся его частью, или же нет? И должно ли это же положение быть обязательно верным и в отношении всего универсума (еп1 тои яа»уто?)? Странно было бы, если бы начало движения находилось внутри (г! ^ арх^ к^сгш?
14 то Se ПЕфъкод opaoGai оък офб^аетш.
15 То есть эфир. Ср. Метеорологика 340b6 сл.
16 В трактате О небе (274b23 сл.) Аристотель настаивает на том, что небо не может быть бесконечным: бесконечных тел, равно как тяжести или легкости (эти два понятия Аристотель считает самостоятельными: по его мнению легкое — это не степень тяжести) не существует, и тем более бессмысленно говорить о движении бесконечного тела. Ведь если оно может двигаться, то значит способно переместиться в равное по величине место, а такого места не существует. Не вдаваясь в вопрос об основательности этого аргумента (об оригинальном решении проблемы Николаем Оремом см., напр., Grant 2012, 151-155), отметим, что, применительно к данному случаю, мысль Аристотеля должно быть состоит в том, что так как бесконечное не может воздействовать на конечное, то обе эти превосходящие силы конечны (то есть они возможны). Значит, в какой-то момент времени одна из этих уравновешивающих друг друга сил может превзойти другую и сдвинуть небо, что приведет к его разрушению.
17 Аристотель пишет об этом в восьмой книге Физики и первой О небе.
30 svT6g). Придерживающиеся такого мнения одобрили бы сказанное Гомером:
Вам не удастся совлечь на землю с высокого неба 700a В высях сидящего Зевса, как бы вы не старались,
Даже если все боги за цепь с богинями схватятся разом. 18
Ведь совершенно неподвижное невозможно ничем сдвинуть. Именно это решает апорию, сформулированную несколько ранее: возможно или невозможно разрушить строй небес (t^v tou oupavou 5 auaTaaiv), при условии, что он базируется на начале, которое само неподвижно.
Что касается животных, то в этом случае должно существовать не только неподвижное в указанном смысле, но и нечто в них самих, способное перемещать их и обеспечивать их самостоятельное движение (Toig xivou^svoig гата T6nov oaa xivei auTa auTa). Ведь пока одна часть животного движется, другая должна оставаться неподвижной, 10 создавая опору для движения той, что движется, если, например, оно движет одним из своих членов. Ведь одна часть опирается на другую потому, что эта последняя как бы остается в покое.
Подобный вопрос может возникнуть и относительно неодушевленных вещей, пребывающих в движении. Содержат ли они в себе то, что обеспечивает их покой и то, что их движет (то ^pe^ouv xai то xivouv), и должны ли они поддерживаться чем-то неподвижным внешним, обеспечивающим их покой? Или же это невозможно в случае таких неодушевленных вещей, как, например, огонь, земля и им подобные, и их движение обусловлено первыми причинами 15 (npwTwv), которые и приводят их в движение? Ведь неодушевленные вещи всегда движет что-то иное, и началом вещей, приобретающих такое движение, всегда являются вещи, движущие сами себя (та auTa auTa xivouvTa). О вещах подобного рода мы уже говорили — и это животные, ведь все они должны содержать в себе нечто, пребывающее в покое, и снаружи опираться на нечто такое, что могло бы их поддерживать. Не ясно, существует ли некий высший и первичный [двига-20 тель], который обеспечивал бы их движение (avwTspw xai npwTwg xivouv) — и вопрос о его начале (apx^g) заслуживает отдельного рас-
18 Илиада 8.20-22. Цитата не точна (ъпато\> лаутш\> «находящийся выше всех» идет у Аристотеля вместо ипаток р]атшр «высочайший наставник») и строки переставлены. Метафора достаточно популярна. Теофраст в Метафизике 5Ь1б цитирует строку, непосредственно следующую за этими, а Платон в Теэтете (153с6 сл.) полагает, что эта метафора указывает на стабильность вращения солнца, как бы притянутого на цепи.
суждения, — однако очевидно, что животные, совершающие движения, всегда совершают его с опорой на нечто внешнее по отношению к ним, даже если они просто вдыхают и выдыхают [воздух]. Ведь не важно, перемещают (рТфас) они нечто тяжелое или же нечто легкое, 25 как, например, это делают те, кто сморкается, кашляет, вдыхает или выдыхает.
V. Должно ли нечто неподвижное быть лишь в том теле, которое передвигается в пространстве (ката топоv), или же это верно и в случае, когда тело само ответственно за свои изменения или рост? 30 О первоначальном возникновении (Yгv£стгш? г^ ¿рх^?) и уничтожении (ф9ор$?) следует сказать отдельно. Ведь если существует, как мы полагаем, первое движение (яршт^ к^ста), то именно оно должно быть причиной возникновения и уничтожения, а также, вероятно, и всех остальных движений. В животном мире, как и во вселенной, первое движение — это когда существо достигает зрелости (к^псч? 35 прштп аитп, oтаv тгЛгш9эд); лишь тогда оно становится причиной свое-700Ь го роста, если, конечно, это случается, а также [причиной] происходящих изменений; если же нет, то не необходимо [чтобы нечто оставалось неподвижным]. Но ведь первоначальный рост и изменение [в живом существе] всегда случаются благодаря чему-то иному и через другое, и ничто не может само стать причиной собственного возникновения и уничтожения, так как движущее существует раньше (яроияархг^) движимого, рождающее — раньше рождаемого и ничто [не существует] раньше себя.
VI. О душе, движется она или нет, а если движется, то как именно, 5 было уже сказано в нашем трактате о ней. 19 Но так как все неодушевленные существа движутся чем-то иным, а о том, как движется то, что движется изначально и вечно, и как его движет первый двигатель, мы уже рассказали в нашем сочинении о первой философии,20 то все, что 10 остается здесь рассмотреть — так это вопрос о том, как душа движет тело и каково начало движения животных. Ведь если исключить движение вселенной, то одушевленные существа окажутся причинами движения для всего остального, кроме, разве что, случаев, когда одни тела движутся из-за столкновения друг с другом. Следовательно, всем их движениям положен предел, так как таковы движения 15 одушевленных существ. Ведь всякое животное движется и движет ра-
20 Метафизика Л 7.
Так что первый двигатель движет, сам оставаясь неподвижным, то-701а гда как стремление и волевое начало (ope^ig xai то opexTix6v) движут и сами движимы. Последнее в ряду движимых вещей уже не должно двигать что-либо еще; поэтому разумно будет заключить, что перемещение в пространстве ( VII. Почему же иногда за мыслью действие следует, а иногда не следует; иногда движение следует, а иногда не следует? Нечто подобное, очевидно, случается при размышлениях и выводах относительно 21 См. О душе 427^4 сл. неподвижных вещей.22 Правда, в этом случае целью является умоза-10 ключение (9гшрщла), так как, помыслив две посылки, мы тут же мыслим и получаем вывод. В нашем же случае вывод, полученный из двух посылок, становится действием (пра^1?). Например, подумав, что всякий человек должен ходить, ты, будучи человеком, тут же пойдешь; напротив, если ты решишь, что в определенном случае ни один человек не должен ходить, ты, сам будучи человеком, тут же остано-15 вишься. В обоих этих случаях всякий поступит именно так, если ничто ему не помешает (кшЛиэд) или не воспрепятствует (аvаYxаZfl)• Я должен сделать что-то благое; дом — это благое; я тут же строю дом. Мне нужна одежда; гиматий — это одежда; следовательно, мне нужен гиматий. Я должен изготовить то, что мне нужно; мне нужен гиматий; 20 я должен изготовить гиматий. Мой вывод «я должен изготовить ги-матий» и будет действием (пра£(?); тогда как моя деятельность (пратта) возвращает к началу: если нужен гиматий, то сначала необходимо сделать это, а до него вот это; и я тут же поступаю соответственно. Итак, ясно, что вывод — это и есть действие, тогда как предпосылки для его совершения будут двух видов: через благо (81а тои 25 ауа9ои) и через возможность (81а тои 8итатои). Как и в случае, когда к заключению приходят посредством вопросов (¿рштш’утш’у),23 здесь рассудок не задерживается и рассматривает всего одну из двух посылок, а именно, наиболее очевидную. Например, если «ходить для человека хорошо», то никто не тратит время на посылку «я человек». Вещи, которые мы делаем без предварительного расчета (^ XоY^сa^гvоl), мы делаем быстро, и когда человек, стремясь осуществить «то, ради чего» (то об гугка), привлекает для этого чувственное восприятие, воображение или размышление, то он дей-30 ствует тут же. Реализация стремления (^ т^? орг^гш? £V£рYгla) встает на место вопрошания и размышления. «Я хочу пить», — говорит мне желание (гш9и|ла). «Это питье», — сообщают мне чувственное восприятие, воображение или ум, и я тут же пью. Именно это заставляет (ор|лйоч) живые существа двигаться и действовать, и стремление — это конечная причина их движения; и возникает оно благодаря чув-35 ственному восприятию, воображению или мышлению. Что же касается предметов стремления (оргYO|Лsvtov), то в некоторых случаях они нечто создают, а в некоторых действуют либо через желание и 70Л страсть, либо через стремление и волю. 22 См. Вторая аналитика 71Ы8 сл. 23 Имеется в виду диалектическое рассуждение. См. Первая аналитика 24а24 сл. Движение [живого существа] можно уподобить движению механических игрушек (та auT6^aTa), которое обусловлено маленькими перемещениями предварительно освобожденных и соударяющихся 5 нитей;24 или движению детской повозки (a^a^iov), которую взобравшийся на нее ребенок движет прямо, но результирующее движение оказывается круговым, так как колеса повозки неодинакового размера: маленькие колеса выступают в роли центра [вращения], подобно цилиндрам.25 Органы живых существ также содержат в себе подобные элементы, например, сухожилия и кости: последние можно уподобить деревянным колышкам и гвоздикам, а первые подобны 10 нитям; их расслабление и освобождение обеспечивает движение. Правда, движение игрушек и детских повозок неизменно, ведь если сделать маленькие колеса большими, а затем снова их уменьшить, то получится то же самое круговое движение. У животного же одна и та же часть обладает способностью становиться то больше, то меньше, 15 нужным образом трансформируясь (та ax%aTa ^eTaPaAAeiv), так как части его тела попеременно то расширяются от тепла, то сжимаются от холода.26 Изменяются (aXXoiouai) они благодаря воображению, чувственному восприятию и мыслям (evvoiai). Причем, чувственные восприятия сразу влекут за собой некоторого рода изменения, тогда как воображение и мышление приобретают мощь [репрезентируемых] вещей (t^v twv npay^aTwv sxouai Suva^iv). Так, помысленный об-20 раз (то eTSog то voou^evov) — холодного или теплого, приятного или ужасного — в некотором роде приобретает свойство самих вещей, обладающих этими качествами, и мы [непроизвольно] съеживаемся или испытываем страх от одной лишь мысли. Все эти аффекты (naQn) представляют собой изменения (aAAoiwaeig), и когда в теле случается изменение, то одни его части увеличиваются, а другие уменьшаются. 24 Xuo|ávwv T&v oTpeßXwv Kai KpouóvTwv áXX^Xag [xag orpeßXa^]. Как видно из дальнейшего, речь идет о системе деревянных цилиндров, на которые накручивались упругие нити. Нити закреплялись деревянными колышками (та £úXa), освобождение которых и приводило механизм в действие. 25 Ясно, что речь идет о какой-то конструкции, наподобие карусели. Образцов подобных изделий не сохранилось. Подробно о механических игрушках в Античности рассказывается в известном фильме BBC «Технологии в древности» (Ali McGrath, St. Clarke 2011). 26 au^avo|ávwv t&v |opiwv Sia Gsp^oT^Ta Kai náXiv auaTEAXo|Évwv Sia фъ^. Аристотель формулирует теорию, согласно которой все изменения в организме живого существа связаны с внутренним теплом, и пытается, по своему обыкновению, усмотреть в нем единую причину всех движений животных. 25 Нетрудно заметить, что малые изменения в центре (¿V ¿рх$)27 приводят к большим и многочисленным изменениям на периферии (апо9гv). Так, самым малым (акарlаí¿v) движением [рулевого] весла можно добиться значительного поворота носа корабля. Точно так же, когда тепло или холод, или иной аффект вызывает изменение в об-30 ласти сердца, даже в самой малой ее части, это приводит к значительным изменениям во всем теле — оно краснеет, бледнеет, трепещет, дрожит или ведет себя как-то иначе. VIII. Начало движения, как уже было сказано, — это тот предмет, который мы желаем или, напротив, которого стремимся избежать, а тепло или холод необходимо сопутствуют мыслям или представлению об этом предмете. Мы избегаем болезненного, стремимся к приятному. От нас, конечно, ускользают изменения в малых частях 35 тела, однако из-за болезненного или приятного нас всегда морозит 702а или разогревает. Все это проявляется через аффекты. Безумная отвага, ужас, любовная страсть и другие телесные аффекты, как болезненные, так и приятные, сопровождаются потеплением и охлажде-5 нием отдельных частей или всего тела. Воспоминания (|л^|ла1) и ожидания (еХш8г?), основанные как бы на образах этих ощущений, в большей или меньшей степени приводят к тем же результатам. Весьма разумно внутренние органические части и те из них, которые располагаются у самого начала [движения], созданы природой так, 10 как они есть, переходящими из твердого состояния в жидкое и из жидкого в твердое, из мягкого в плотное и наоборот. Так как все это происходит именно таким способом и так как действующее (по1пт1^) и претерпевающее (па9пт1^) начала обладают именно той природой, которую мы им неоднократно приписывали, то, как только одно из них оказывается действующим, а другое претерпевающим, и ни одно из них не утрачивает свое назначение, то как только одно начинает действовать, другое тут же испытывает на себе воз-15 действие (паохг1). Именно поэтому человек решает пойти и практически тут же идет, если ему не мешает что-то другое. Аффекты подобающим образом подготавливают органические части, стремление подготавливает аффекты, а воображение — стремление. Воображение, в свою очередь, основано либо на мышлении, либо на чувственном восприятии. Одновременность и быстрота достигается 27 В данном случае речь идет, должно быть, о сердце как начале всякого движения в организме (ср. 698Ь1 и 70Л30). 20 природной согласованностью действующего и претерпевающего начал. То, что является первым двигателем для животного, должно находиться в определенном начале. Мы уже отмечали, что сочленение -это начало для одной части [конечности] и конец для другой. Поэтому природа иногда использует его как одно, а иногда как два. Когда движение начинается от него, одна из его крайних точек должна 25 оставаться неподвижной, а другая двигаться. Ведь мы уже объяснили, что двигатель должен опираться о что-нибудь неподвижное. Крайняя точка предплечья движется, но не является причиной движения, а в локтевом суставе та его часть, которая расположена в движущемся целом, движется; при этом нечто должно оставаться неподвижным. Именно это мы имели в виду, говоря, что потенциально единая точка 30 актуально становится двумя. Вот если бы предплечье было живым существом, то где-то возле этой точки мы бы и расположили то начало, которое движет душа. Но так как неодушевленный предмет может относиться к предплечью так же, как предплечье к локтевому суставу (например, если человек рукой движет посох), то ясно, что душа не может находиться 35 ни в одной из этих крайних точек, ни в той, что движет, и ни в противоположном ей начале движения (ev гтгра ¿РХЙ). Ведь и у посоха, 702b по отношению к руке, есть начало (¿px^v) и конец. Если, по указанной причине, начало движения, инициируемого душой (^ xivouca ¿по т^? фи/^? ¿РХ^), не находится в посохе, то нет причины помещать его и в руку. Ведь самое начало руки так относится к запястью, как запястье — к локтю. В этом отношении не важно, присоединяется ли та 5 или иная часть к телу естественным путем (яростлгфикбта) или нет, так как посох выполняет роль отделяющегося (¿фalp£T6v) члена. Итак, начало движения не может находиться в каком-либо начале, которое является завершением чего-либо другого. Например, начало движения основания посоха в руке, а начало движения руки в запястье. Но 10 если начало движения не в руке, так как у нее есть продолжение выше (¿уштерш), то не найти его и там; ведь — повторим это еще раз -если локоть находится в покое, то непрерывная (cuvs/H?) часть, расположенная под ним, может совершать движение как целое. IX. Так как левое и правое подобны друг другу и противоположные [части тела] способны двигаться вместе, так что правая часть не может двигаться потому, что левая остается в покое, и наоборот, и так как начало движения следует поместить в чем-то таком, что пре- 15 восходит обе эти части, то, следовательно, начало души, ответственной за движение, должно поместить между ними, ведь именно середина ограничивает обе крайности (т^ акр^ то ео^атоу). Это относится как к движениям, начинающимся сверху, так и к тем, что начинаются снизу, например, движениям, начинающимся от головы, и движениям, начинающимся от спинного мозга у тех животных, у 20 которых он есть. И для этого есть разумные причины. Ведь мы утверждаем, что орган чувственного восприятия (то аíст9nтlк6v) также расположен в центре тела. Так что, если область вокруг начала движения изменяется под воздействием чувственного восприятия и части тела, к нему присоединенные, вместе с ним меняются под влиянием растяжения или сжатия, то за этим необходимо следует движение животного. Сере-25 дина тела потенциально одна, но актуально необходимо должна стать большим. Ведь конечности приводятся в движение из начала одновременно, так что одна неподвижна, а другая движется. Например, в АВГ В движется, а А его движет. Но что-то должно оставаться в 30 покое, если одно собирается двинуться, а другое его привести в движение. Следовательно, потенциально единое А актуально становится двумя, не точкой, но уже по необходимости некой величиной (|л£у£0од). Г может быть приведено в движение одновременно с В, а значит оба начала в А должны двигать, сами двигаясь (к^ои^еуад кме^). В таком случае должно быть нечто, отличное от этих двух 35 начал, двигающее, но не движимое. В противном случае, когда начнется движение, крайние точки, или начала в А будут опираться 703а друг на друга (прод как если бы два человека, подпирая друг друга спинами, двигали конечностями. Так что должно существовать нечто, двигающее их обоих, а именно, душа, отличная от вышеописанной величины, однако расположенная в ней. X. В соответствии с определением причины движения, стремление 5 (ор£^1д) есть середина, движущее и само движимое. В одушевленных телах должна найтись телесная сущность (сй|ла), соответствующая этому описанию. Движимое, но не обладающее природной способностью (§й»тата1) приводить в движение, подвержено воздействию со стороны внешней мощи (§й»та|Л»у). Движущее же, напротив, необходимо должно обладать мощью и силой (¡ох^). Ясно, что все живот-10 ные обладают врожденным духом (тсу£и^а о■й|Лфuтоv) и через него проявляют свою силу. (О том, что сохраняет врожденный дух, было сказано в другом месте).28 Этот дух, как представляется, выполняет ту же роль в душевном начале, как точка в сочленении, движимая и движущая по отношению к неподвижному. А так как начало у одних животных находится в сердце, а у других в том, что аналогично сердцу, то ясно, что жизненный дух также располагается в нем. Остается 15 ли дух вечно неизменным, или же постоянно изменяется, следует рассмотреть в другом месте (так как это верно и в отношении других частей тела). Ясно лишь, что он самой природой создан для того, чтобы приводить в движение и прикладывать силу. Задачи (Ё’руа) движения — тянуть или толкать, в результате чего движимый орган ока-20 зывается способным растягиваться или сжиматься. Но ведь именно такова природа духа. Сжимаясь, он теряет силу (¿piaoro? стиотгЛЛо^^п), а силу и способность выталкивать ему придает одна и та же причина [то есть расширение], и он тяжелее огненного элемента и легче ему противоположного. 29 Причиной движения без изме-25 нения должно быть именно это. Ведь природные тела [та фиочка стш^ата, элементы] преодолевают друг друга по мере того, как одно начинает преобладать над другим; легкое побеждает и тянет вниз более тяжелое, а тяжелое поднимается вверх более легким. Мы объяснили, какова та часть, через движение которой душа инициирует движение, и по какой причине. Устройство живого организма можно уподобить управляемому хорошими законами (suvo^ou^sv^v) по-30 лису. Когда в таком полисе единожды устанавливается порядок, то сразу же отпадает необходимость в единоличном правителе (^ovap/ou), произвольно вмешивающемся во все дела, но каждый поступает так, как предписано, и одно действие следует за другим по привычке (Sioc то e’0o?). В животных то же самое происходит естественным образом, и они устроены так, что каждая их часть природой предназначена для выпол-35 нения определенной работы. Поэтому душа не должна находиться в каждой части, но так как она расположена в некоем [правящем] начале 703b тела, остальные части живут благодаря естественной связи с ним (пpoстп£фuк£val) и выполняют работу, предписанную им природой. 28 Эта оговорка вряд ли отсылает нас к сохранившемуся трактату Аристотелевского корпуса О духе фе spiritu), так как он не считается аутентичным. Однако эту же теорию Аристотель развивает во всех своих биологических сочинениях. 29 (Заро? про? та пърш8п ка! коъф¿тnта про? та £vаvт¡а. Огню противоположна вода (О возникновении и уничтожении 33Ш1). Очевидно, Аристотель проводит аналогию с дыханием. Когда мы выдыхаем, легкие бессильно опадают, когда вдыхаем, они расширяются благодаря выталкивающему воздействию поступающего в них воздуха. XI. Мы обсудили, как живые существа совершают произвольные (гкоиочоид) движения и по каким причинам. Некоторые их члены со-5 вершают также и невольные движения (акоиочоид), однако чаще всего — непроизвольные (ои/ Ёкоиочоид). Невольными я называю, например, [учащенное] сердцебиение и эрекцию полового члена, ведь их нередко вызывает какой-нибудь образ а не предписание разума. Непроизвольные — это, например, сон, пробуждение или ды-10 хание. Ведь, строго говоря, за них не отвечает ни воображение, ни стремление. Но так как живые существа неизбежно изменяются физически и их члены, изменяясь, одни увеличиваются, а другие уменьшаются, то и их тела оказываются подвержены взаимным движениям и естественным преобразованиям (и причина этих движе-15 ний — естественное нагревание и охлаждение, как внешнее, так и внутреннее), поэтому движения, возникающие в вышеупомянутых частях вопреки разуму, случаются благодаря изменениям (аАЛошст£шд сти|ЛЯ£стойо»п?)- Ведь мысль и воображение, как уже говорилось, ответственны за состояния, порождающие страсти (яабщлат^), так как 20 именно они создают образы вещей, их производящие. И в вышеупомянутых органах это движение проявляется более отчетливо потому, что каждый из них, в определенном смысле, ведет себя как отдельный живой организм.30 Что касается сердца, то причина ясна, так как именно оно есть начало ощущений, а на то, что детородный член та-25 кой же природы, указывает то обстоятельство, что именно через него проходит семенная сила, сама своего рода живое существо. Ведь вполне разумно (£иЛоушд), что движения передаются (сти^Ра^оиоч) началу от частей и частям от начала, так достигая друг друга. Пусть А 30 будет началом. Движение в каждой букве начерченной ранее диаграммы [см. 702Ь25] достигает начала и от [центрального] начала, двигаясь или претерпевая изменение (каковых потенциально много), начало движения В движется к В, начало движения Г движется к Г, и вместе они обоюдно друг к другу. Но двигаясь от В к Г мы сначала 35 переходим от В к А как началу, а затем от А к Г как от начала. Напротив, движение, противоположное разуму (пара то»У Лоуо’у), иногда возникает, иногда не возникает в частях тела, даже будучи инициировано одними и теми же мыслями. Это происходит потому, что материя, подверженная изменению (т^ па0пт1х^ иЛ^), иногда присутствует, i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы. 30 Следующая затем фраза: «И причина этого в том, что каждый из них содержит в себе жизненную влагу», — это позднейшая глосса, не необходимая по смыслу и слабо согласующаяся с тем, что следует далее. По этой причине большинство издателей ее исключают. 704а а иногда не присутствует в должном количестве (тостат^) и подобающего качества (таайт^). 704b Мы поговорили о частях разных животных, о душе, о чувственном восприятии, о сне, о памяти и движении в целом, и обсудили их причины. Осталось поговорить о рождении [животных]. Grant, E. (2012) «Reflections of a Troglodite Historian of Science,» Osiris 27, 133-155. McGrath, Ali; Clarke St., prod. (2011) Ancient Discoveries (BBC). Nussbaum, M. C. (1978) Aristotle’s de Motu Animalium. Princeton, N.J.: Princeton University Press. Peck, A. L., Forster, E. S. tr., Marshall, F. Y. F., ed. (1937, 1961) Aristotle. Parts of Animals. Movement of Animals. Progression of Animals. Loeb Classical Library. Cambridge, MA: Harvard University Press. Penrose, R. (2010) Cycles of Time. Random House. Petrova, M. S. (2016) «Aristotelian heritage in biology, medicine and ethics. Fall school of young scholars,» Dialog so vremenem [Dialogue with time] 55, 388-396. Петрова, М. С. (2016) «Аристотелевское наследие в биологии, медицине и этике. Осенняя школа молодых ученых», Диалог со временем 55, 388-396. Prigogine, I. (1997) The End of Certainty. London: The Free Press. Pines, S. (1961) «Omne quod movetur necesse est ab alieno moveri: A refutation of Galen by Alexander of Aphrodisias and the theory of Motion,» Isis 52, 21-54. Sorabji, R. (1983) Time, Creation and the Continuum. London. van Raalte, Marlein ed. (1993) Theophrastus. Metaphysics. Leiden. Афонасин, Е. В. (2016) «Аристотель и Теофраст о теоретических и методологических основаниях метеорологии», Сибирский философский журнал 2. Оглезнев, В. В. (2016) «Дескриптивный и аскриптивный подходы к объяснению действия», ЕХОАН (Schole) 10.2, 471-482 (этот выпуск). Пенроуз, Р. (2014) Циклы времени. Пер. А. В. Хачояна. Москва. Пригожин, И. (2001) Конец определенности. Пер. Ю. А. Данилова. Москва-Ижевск. Рожанский, И. Д., ред. (1981) Аристотель. Сочинения. Том 4: Физика. О небе. О возникновении и уничтожении. Метеорологика. Москва. В последние годы, скетчинг стал одним из самых популярных видов изобразительной деятельности среди современных художников. В чем секрет и почему иллюстраторы со всего мира все чаще используют эту технику в своих работах? Это понятие просто объясняется английским словом «sketch», что в переводе означает набросок, эскиз, этюд. Раньше художники, для выстраивания композиции, расположения подробных линий и элементов, начинали с быстрых набросков, а далее, постепенно добавляя детали, превращали скетч в готовую картину. Сейчас же, скетч является не просто быстрым эскизом, а самодостаточной завершенной работой. Он превратился в способ визуализации творческой задумки, которым активно пользуются современные художники, иллюстраторы, архитекторы и дизайнеры. Самые основные принципы скетчинга — это передача первых впечатлений в быстром темпе и возможность выразить свои мысли и идеи. Основные художественные материалы, которые предпочитают использовать в данной технике: спиртовые маркеры, тушь, карандаши, ручки и линеры, акварельные краски и другие инструменты: любой лист бумаги, блокнот или скетчбук. На первый взгляд может показаться, что оба понятия означают одно и то же, и разницы нет никакой. Но есть тонкое различие, набросок является незаконченной работой, «подмалевок» к будущему шедевру, напротив, скетч — самостоятельная и полностью завершенная работа, которая передает определенное настроение или идею автора. Визуально, они могут быть очень схожи, без дополнительной детализации. Художник сам определяет, когда его творение можно считать законченным. Определенного и точного ответа на этот вопрос вы нигде не найдете, так как кроме автора скетча никто не сможет дать ответ. Суть в том, чтобы передать настроение, форму и контуры, тщательно прорабатывать детали при этом совсем не обязательно. Главное, понимать, что скетч не является академическим рисунком, тут эмоции и впечатления гораздо важнее портретного сходства. В скетчинге, стиль рисунка и манера могут быть совершенно любыми, и за такую гибкость и свободу все художники мира и творческие специалисты очень любят скетчинг. Тематические рамки в скетчинге совершенно отсутствуют, можно рисовать буквально все, что видите вокруг. Направлений скетчинга сейчас существует огромное множество: Современная техника скетчинга — это отличный вариант не только для специалистов и мастеров с большим опытом, но также, эти зарисовки могут стать отличным помощником для начинающих художников. Скетчинг позволяет рисовать всегда и везде, развивает художественные навыки и помогает быстрее найти свой неповторимый стиль, стоит только взять в руки карандаш и бумагу! Совершенствуйтесь в своем творчестве вместе с Арт-Квартал! Ваша смелость, желание и вдохновение – самые необходимые инструменты в создании новых шедевров!Что такое скетчинг и для чего он нужен?
Что такое скетчинг?
Есть ли разница между наброском и скетчем?
Насколько подробным должен быть скетч?
Направления скетчинга
